Слово «травма» в разговорах о детстве часто вызывает недоверие. Кажется, что оно про что-то страшное — про войну, катастрофу, насилие. «У меня было нормальное детство», — говорит человек, а через полчаса рассказывает, как в семь лет его на неделю оставили у чужих людей и никто не объяснил, почему. Или как отец никогда не кричал, но мог месяц не разговаривать. Или как за четвёрку отправляли спать без ужина.
Психологическая травма — это не обязательно катастрофа. Это опыт, с которым ребёнок не мог справиться в одиночку и рядом с которым не оказалось взрослого, способного помочь. Такой опыт не исчезает, когда мы вырастаем. Он остаётся в виде привычных реакций, убеждений о себе и о мире, телесного напряжения. В этой статье разберём, как детские травмы проявляются во взрослой жизни и что с этим можно делать.
Что считается детской травмой
Принято выделять два типа травмирующего опыта. Первый — травма события: что-то случилось однажды и сразу перевернуло жизнь. Смерть близкого, авария, нападение, внезапный переезд, развод родителей, который произошёл резко и без объяснений. Второй — травма отношений, или травма развития: ничего катастрофического не происходило, но изо дня в день ребёнок жил в условиях, которые ему не подходили.
Второй тип встречается гораздо чаще и распознаётся труднее. К нему относятся:
- эмоциональная холодность — родители заботились о теле, но не о чувствах;
- постоянная критика и сравнения, из-за которых сложилось убеждение «я хуже других»;
- непредсказуемость — сегодня мама ласковая, завтра кричит, и ребёнок не понимает, от чего это зависит;
- жизнь рядом с пьющим, больным или депрессивным родителем;
- роль «маленького взрослого», когда ребёнок отвечает за настроение и благополучие семьи;
- физические наказания, которые в семье считались нормой.
Важно: травмой опыт делает не само событие, а то, что ребёнок остался с ним один. Один и тот же развод родителей для одного ребёнка пройдёт болезненно, но без последствий, а для другого станет источником страха быть брошенным на всю жизнь. Разница — в том, был ли рядом взрослый, который объяснил, обнял, разрешил злиться и плакать.
Как прошлое проявляется в настоящем
Взрослый человек редко связывает свои трудности с детством напрямую. Он приходит с другими запросами: не складываются отношения, не могу расслабиться, срываюсь на детей, боюсь начальника, хотя он ничего страшного не делает. И только по ходу разговора выясняется, что за этими трудностями стоит старая история.
В отношениях
Самый частый след травмы — в том, как мы строим близость. Кто-то не подпускает людей на расстояние ближе вытянутой руки, потому что близость когда-то означала боль. Кто-то, наоборот, растворяется в партнёре и панически боится его потерять, и тогда это перерастает в созависимые отношения. Кто-то раз за разом выбирает людей, похожих на холодного отца или непредсказуемую мать, и пытается наконец получить от них то, чего не получил в детстве.
В отношении к себе
Ребёнок не может подумать «с моими родителями что-то не так». Ему проще решить «со мной что-то не так» — так хотя бы остаётся надежда исправиться и заслужить любовь. Это убеждение уходит во взрослую жизнь и становится основой низкой самооценки, перфекционизма, привычки обесценивать любые свои успехи.
В теле и реакциях
Травма живёт не только в мыслях. Человек может замирать в конфликте, как замирал когда-то перед кричащим отцом. Может вздрагивать от резких звуков, плохо переносить тишину в разговоре, не чувствовать усталости, пока не свалится. Хроническое напряжение мышц, проблемы со сном, необъяснимые боли — так тело продолжает жить в режиме опасности, который давно закончился. Подробнее о том, как психика разговаривает через тело, — в статье про стресс и психосоматику.
В повторениях
Один из самых болезненных признаков — обнаружить, что ты делаешь с собственными детьми то, что делали с тобой. Кричишь теми же словами. Не выносишь их слёз. Это не значит, что человек плохой родитель. Это значит, что старый сценарий работает автоматически, и его можно перезаписать.
Травма — это не то, что с вами случилось. Это то, что осталось внутри после случившегося. А с тем, что внутри, можно работать в любом возрасте.
Почему это не проходит само
Многие надеются, что время лечит. Отчасти так и есть: с годами острота переживаний снижается. Но сами реакции никуда не уходят, потому что они закрепились в период, когда формировалась нервная система. Более того, мы бессознательно устраиваем жизнь так, чтобы прошлое не трогать: избегаем ситуаций, где может стать больно, выбираем понятное и безопасное, не задаём себе лишних вопросов. Это защита, и она долго работает. Пока не случается кризис — расставание, потеря работы, рождение ребёнка, — который поднимает всё, что было спрятано.
Что можно сделать самостоятельно
Первое — признать, что это было. Не преувеличивая и не преуменьшая. Не «родители — монстры», но и не «всё было нормально, у всех так». Просто: да, мне тогда было плохо и одиноко, и это повлияло на меня. Такое признание само по себе снижает напряжение, потому что перестаёт тратиться энергия на отрицание.
Второе — научиться замечать, когда «включается прошлое». Реакция, которая по силе явно больше повода, — почти всегда сигнал. Начальник сделал замечание, а внутри ужас, как перед расстрелом. Партнёр задержался на час, а вы уже в панике. В такие моменты полезно сказать себе: «Это старое. Сейчас я взрослый, и мне ничего не угрожает».
Третье — дать себе то, чего не хватало. Звучит просто, но это работа на годы: разрешать себе отдыхать, если в детстве отдых считался ленью; хвалить себя, если хвалить было не принято; просить помощи, если раньше приходилось справляться самому.
Четвёртое — быть осторожным с самостоятельным «копанием». Читать книги и статьи полезно, но пытаться в одиночку вспомнить и заново пережить тяжёлые события может быть небезопасно. Это как раз тот случай, когда нужен человек рядом — то, чего не было тогда.
Когда пора к специалисту
Обращаться к психологу стоит, если детский опыт мешает жить сейчас: разрушаются отношения, не получается доверять, преследует ощущение, что с вами что-то не так, повторяются одни и те же болезненные сценарии. Если наряду с этим есть длительное подавленное состояние, мысли о том, что жить не хочется, или панические приступы, — стоит обратиться ещё и к врачу-психотерапевту или психиатру; это не «клеймо», а нормальная часть помощи.
Работа с травмой не означает, что придётся годами обсуждать детство. Современные подходы, включая эриксоновский гипноз, позволяют работать бережно, не заставляя человека заново переживать всё в подробностях. Если вы узнали себя в этой статье и хотите понять, с чего начать, консультация психолога — хороший первый шаг. Можно задать вопрос о своей ситуации бесплатно и уже по ответу решить, стоит ли идти дальше.
Комментарии (5)